Мы, люди, издревле ведем кровопролитную войну с комарами.

Хищная и ненасытная армия в 110 триллионов кровососущих насекомых патрулирует каждый дюйм земного шара, за исключением разве что Антарктиды, Исландии, Сейшельских островов и ряда островов Французской Полинезии. Агрессивные самки этого летучего воинства вооружены по меньшей мере пятнадцатью видами биологического оружия, в том числе и летального, против 7,7 миллиарда человек, использующих сомнительные и часто губительные для них самих оборонительные методы. Мировой бюджет на защитные кремы, спреи и другие средства, призванные противостоять полчищам пищащих туч, стремительно растет и уже достигает 11 миллиардов долларов в год. И все же смертельные атаки продолжаются – неуклонно и безжалостно. Несмотря на то, что принятые людьми контрмеры несколько сокращают ежегодные потери, комары до сих пор остаются самыми опасными хищниками планеты: за последний год они стали причиной смерти всего лишь 830 тысяч человек. Мы же, разумные и мудрые представители вида Homo sapiens, цари природы и вершина пищевой цепочки, занимаем только второе место – мы убили 580 тысяч своих соплеменников.

Какой самый узнаваемый и раздражающий звук на нашей планете за последние 190 миллионов лет? Это жужжание комара.

Представьте: после долгого похода вы с семьей и друзьями располагаетесь на отдых, откидываетесь в шезлонге, открываете банку с холодным пивом и издаете глубокий удовлетворенный вздох. Но, еще не успев насладиться первым живительным глотком, вы уже слышите этот знакомый писк, предвещающий приближение мерзких мучителей.

Все знают, что комары активизируются перед закатом. Несмотря на издаваемый писк, насекомое усаживается на щиколотку жертвы незамеченным – комары всегда стараются держаться ближе к земле. Кстати, кусаются только самки. Сначала они проводят осторожную десятисекундную разведку, выискивая подходящий кровеносный сосуд. Подняв спину вверх, комар начинает игру в крестики-нолики шестью сложнейшими иглами. Он вводит два зазубренных челюстных лезвия (похожих на электрический лобзик с двумя ножовками, движущимися вперед и назад) прямо в кожу, а два расширителя раскрывают проход для хоботка – своеобразного шприца для подкожных инъекций. Хоботок при этом высвобождается из защитной оболочки. Через такую своеобразную соломинку комар высасывает 3–5 миллиграммов крови и сразу же выводит воду, потребляя 20 процентов белкового содержимого крови.

Райан Кларк-младший был воплощением здоровья и находился в самом расцвете сил. Сэйфти Национальной футбольной лиги (НФЛ), тридцатиоднолетний Кларк, знаменитый, успешный профессиональный спортсмен, стройный и мускулистый, при росте 180 см весил 93 килограмма. Он женился на школьной подруге, и в семье росли трое очаровательных детей. Недавно он подписал весьма впечатляющий контракт с «Питтсбург Стилерз» на сезон 2007 года. Жизнь была прекрасна.

Где-то в середине сезона «Стилерз» отправились в Денвер на игру с «Бронкос» и проиграли, пропустив решающий гол буквально в последнюю минуту. Расстроенный Кларк сел в самолет. Ему предстоял долгий перелет домой. Перед самым взлетом он ощутил резкую боль в левом подреберье. Он давно привык к боли: американский футбол – игра жесткая, без синяков, ушибов и ссадин ни один матч не обходится. Но на этот раз боль была иной. «Я позвонил жене и сказал, что вряд ли приеду вовремя, – вспоминал Кларк. – Я никогда не испытывал ничего подобного». Встревоженные товарищи по команде и врачи действовали быстро. Самолет остановили до взлета, и Кларка отвезли в местную больницу. Через несколько дней, когда состояние его стабилизировалось, Кларк вылетел домой, в Питтсбург, где его отправили в запас, хотя врачам так и не удалось выявить причину его необычных симптомов.

Афинский философ Платон заявил, что «идеи есть источник всего сущего». Платон, Сократ, Аристотель, Гиппократ, Софокл, Аристофан, Фукидид и Геродот жили в Золотой век Греции. Их идеи, наблюдения и труды – действительно источник всего сущего. Они заложили бессмертные основы западной культуры и современных академий. Их имена навечно вписаны в анналы человеческой истории. Афинский Овод, Сократ, ставил вопросы, которые рождали новые вопросы и лишь затем – ответы. Такой метод и сегодня называют сократическим. Как же смог сохраниться в веках его метод? Как идеи небольшой группы пытливых греков, преимущественно афинян, живших на таком малом пространстве в течение такого короткого времени, смогли так сильно повлиять на западную (да и на мировую) цивилизацию и мысль? Даже спустя две с половиной тысячи лет их идеи и концепции продолжают определять наше восприятие мира. Их великие труды занимают почетное место на книжных полках всех стран. Их изучают и разбирают в школьных классах и университетских аудиториях. Ответ на этот вопрос дал нам Аристотель: «Единственный исключительный признак глубокого знания – это сила учения».

Как до него Ксеркс и Александр, Ганнибал унаследовал войну от отца. Двадцатидевятилетнему сыну побежденного вождя Карфагена, Гамилькара Барка, было суждено отомстить за поражение отца от рук римлян в Первой Пунической войне и стряхнуть с себя унижение побежденного, которое он испытал в детстве. Ганнибал тщательно планировал нападение на Рим. Он изучал возможности обхода римских и союзных Риму гарнизонов, преодоления морского превосходства Рима. Ганнибал прошел самым трудным и невероятным маршрутом и начал Вторую Пуническую войну. Исход Пунических войн, продолжавшихся с 264 по 146 г. до н. э., определил ход истории на следующие семьсот лет. Ганнибал и его карфагенская армия, состоявшая из 60 тысяч человек, 12 тысяч коней и 37 боевых слонов, преодолели суровые и неприступные Альпы и проникли в самое сердце Рима.

Рим не знал, что у него есть мощный союзник, населяющий 310 квадратных миль Понтийских болот, окружающих и защищающих столицу империи. Болота, которые часто называют Кампаньей, были домом для легионов смертельно опасных комаров.

Комары защищали город не хуже настоящей армии.

Развитие христианства шло постепенно. Через два века после распятия Иисуса его последователи все еще оставались преследуемым жалким меньшинством. Их считали угрозой для Римской империи. Римляне сами по себе были нацией разнообразной и очень гибкой. Они прекрасно умели ассимилировать различные народы и практики в свою систему верований и культуру. Христианство же переварить оказалось трудно, и последователей новой веры истребляли с невероятным творческим жаром. Христиан обряжали в шкуры животных, а потом натравливали на них голодных собак. Их привязывали к шестам и оставляли в лесу после наступления темноты, обычно группами, чтобы кровавое представление было более зрелищным. Многих христиан просто распинали. Но преследование христиан не смогло подавить распространение новой веры – скорее наоборот, это будило любопытство и расширяло круг обращенных. Распространению христианства способствовало и отсутствие социальной стабильности в Риме и на просторах империи, терзаемой болезнями и осаждаемой очередными захватчиками.

Во время кризиса III века христианство окончательно распространилось по всем регионам империи. Этот процесс совпал с чудовищной эпидемией чумы Антонина и чумы Киприана, о чем мы говорили раньше, и с распространением эндемичной малярии по Риму и всей империи. Христиан преследовали во время обеих эпидемий. Они отрицали римский политеизм, оставались монотеистами и поклонялись Яхве или Иегове. Это сделало их удобными козлами отпущения. Но две ужасные эпидемии на фоне эндемичной малярии привели к увеличению количества новообращенных сторонников целительной религии. В конце концов, христиане говорили, что Иисус творил чудеса исцеления – хромой пошел, слепой прозрел, прокаженный излечился, а Лазарь восстал из мертвых. Люди верили, что эта волшебная сила передалась апостолам и другим последователям Христа.

На далеких суровых нагорьях и в продуваемых всеми ветрами степях на севере Азии жили воинственные, враждующие между собой племенные кланы. Союзы заключались и рушились, политические курсы менялись со скоростью степного ветра. Вот в таком суровом месте в 1162 году родился Темучин. Он воспитывался в клановом обществе, жизнь которого состояла из набегов на соседние племена, грабежей, мести и внутренних конфликтов. И, конечно же, главным для степняков всегда были лошади. Отец Темучина был захвачен соперничающим кланом, после чего семья оказалась в нищете. Питаться приходилось дикорастущими плодами и травами, объедками со скелетов мертвых животных, мелкими сусликами и другими грызунами. Когда отец Темучина умер, его клан окончательно потерял репутацию и практически растворился в крупных союзах политической арены племенной власти монголов. В те времена тоски и отчаяния Темучин не мог знать, что обретет славу, богатство и новое имя, которое будет вселять ужас в сердца врагов, когда его армии пойдут на завоевание всего мира.

Желая восстановить честь семьи, пятнадцатилетний Темучин стал воином. Во время одного из набегов его захватили бывшие союзники отца. Ему удалось бежать из рабства, и он поклялся отомстить своим недругам – теперь список включал не только традиционных врагов, но еще и бывших союзников. Хотя Темучин не желал делиться властью, он понимал, что абсолютная власть опирается на крепкие и надежные союзы. Этому еще в детстве учила его мать.

В четвертом и последнем путешествии Колумба в Новый Свет принимал участие испанец, священник Бартоломе де Лас Касас. Он прибыл на Эспаньолу (ныне Доминиканская Республика и Гаити) в 1502 году и описал свои впечатления в книге «Краткая история разрушения Индий». Король Фердинанд и королева Изабелла пришли в ужас, узнав от него о жестокостях испанцев. В 1516 году Бартоломе де Лас Касас был официально назначен защитником индейцев. Лас Касас живописует первое десятилетие колонизации предельно откровенно, не скрывая ужасных преступлений, совершенных его соотечественниками против народа таино. В его книге рассказано не только об испанской колонизации, но и о тех, кто стал жертвами малярии, оспы и других болезней.

Лас Касас писал, что отношение испанцев к коренным жителям Эспаньолы – это «кульминация несправедливости, насилия и тирании… у них отняли какую бы то ни было свободу и обратили в самое жестокое, и свирепое, и ужасное рабство и неволю, которую никто не в состоянии себе представить, если только он не видел всего этого собственными глазами… А когда они заболевали, что случалось очень часто… то им не верили и безо всякого сострадания называли собаками и притворщиками… и эти оскорбления сопровождались палочными ударами и пинками… Множество людей, которые некогда жили на острове… погибали с такой скоростью, что за эти восемь лет умерло 90 процентов. Отсюда эта чудовищная чума перекинулась на Сан-Хуан, Ямайку, Кубу и на континент, неся разрушение всему полушарию». Полчища малярийных комаров сыграли не последнюю роль в этой чудовищной чуме.

В 1514 году, всего через двадцать два года после первого исторического шага Колумба по земле Эспаньолы, испанские колониальные власти провели перепись населения, чтобы разделить выживших индейцев таино между колонистами в качестве рабской силы. Представляю их разочарование, когда оказалось, что из 5–8 миллионов индейцев выжило лишь 26 тысяч. К 1535 году малярия, инфлюэнца и оспа, которая появилась в Новом Свете в 1518 году, а также жестокость испанцев поставили народ таино на грань вымирания. Чтобы вы лучше представили себе масштабы катастрофы, скажу, что это равносильно тому, как если бы в Европе вымерло все население Британских островов. Не хочу преуменьшать жестокость испанцев, которая вошла в историю под названием черной легенды, но не они сыграли основную роль в катастрофическом вымирании местного населения. На испанских территориях главными убийцами были малярия, оспа, туберкулез, а потом и желтая лихорадка.

Комары и, в меньшей степени, испанские колонисты полностью истребили рабочую силу – индейцев таино.

От малярии и других болезней страдали и европейцы, и коренное население, а для возделывания табака, сахарного тростника, кофе и какао требовалась рабочая сила. И тогда в результате Колумбова обмена в Америку стали завозить африканских рабов.

Бедная Матоака, одиннадцатилетняя дочь вождя Поухатана, вряд ли узнала бы себя в роли героини романтической истории, вышедшей на экраны в 1995 году. История любви дочери вождя и Джона Смита легла в основу диснеевского мультфильма. Сама героиня более напоминала пышнотелую Ким Кардашьян, чем юную девочку из индейского племени. Мифы, окружающие английскую колонию Джеймстаун, Джона Смита и юную Матоаку, которая вошла в историю и голливудские фильмы под именем Покахонтас, оказались очень прочными, и история эта дошла до наших дней.

Имя Джона Смита неразрывно связано с основанием Джеймстауна и ложным гламуром американского фронтира. На самом деле Джон Смит был бесстыдным бахвалом. Он распустил столько слухов и дезинформации о самом себе, не стесняясь откровенного обмана, что трудно воспринимать пять его автобиографий, опубликованных менее чем за восемнадцать лет, серьезно. Если опираться на выдуманные им безумные истории, его необычные приключения начались, когда он осиротел. Тогда ему было тринадцать лет. К тому времени, когда ему исполнилось двадцать шесть, он уже успел повоевать на стороне испанцев в Нидерландах, многие месяцы запоем изучать труды Макиавелли, Платона и древних авторов, а потом стать пиратом в Средиземноморье и на Адриатике. В Венгрии он был шпионом – зажигал костры на вершинах гор, предупреждая о приближении османов. В Трансильвании он воевал с турками, там же попал в плен и был продан в рабство. Ему удалось бежать, хитроумно убив своего мучителя, то есть «выбив ему мозги». Надев одежду убитого, Смит пробирался через Россию, Францию и Марокко, где вернулся к карьере пирата и начал грабить испанские корабли, плывшие из Западной Африки.

Малярийный эпицентр Англии – Фенс, или Фенленд. Эти болота протянулись на триста миль вдоль восточного побережья от Гулля на севере до Гастингса на юге. В их центре находятся графства Эссекс и Кент, а охватывают они семь юго-восточных графств страны. В конце XVI–XVII веков Англия начала оправляться от последствий черной смерти. В XVII веке население ее увеличилось больше чем вдвое и достигло 5,7 миллиона человек.

Население Лондона в 1550 году составляло 75 000, а спустя сто лет уже 400 000 человек.

Бродяги, контрабандисты и жаждущая земли беднота наводнили Фенленд – людей здесь было мало, зато комаров предостаточно.

Жителей Фенса часто называли болотниками или зеваками за малярийную желтуху и анемичную вялость. Смертность от малярии в этом регионе достигала 20 процентов. Выжившие еле-еле сводили концы с концами и влачили жалкое малярийное существование. Писатель Даниэль Дефо, прославившийся романом «Робинзон Крузо» о потерпевшем кораблекрушение моряке, в 1722 году написал поразительную книгу «Путешествие по восточным графствам Англии». Дефо беседовал со многими жителями болот и заметил, что «здесь можно часто встретить мужчин, у которых было от пяти-шести до четырнадцати-пятнадцати жен… один фермер жил уже с двадцать пятой женой, а его сын лет тридцати пяти от роду уже женился в четырнадцатый раз». Беременные женщины притягивали к себе комаров и малярийный плазмодий как магнитом.

«Они – дьяволы, – пробормотал генерал Джеффри Амхерст, переводя дух. – Их следует наказывать, а не подкупать… Наказывать преступников полным разрушением». Итак, британцы только что победили в Семилетней войне и изгнали французов из Северной Америки, но командующий британской армией не спешил праздновать победу. Ему предстояло разбираться с бунтовщиками, а солдат и средств хронически не хватало. Амхерст был в ярости. Вождь племени одава, Понтиак, и 3500 его воинов из коалиции десятка племен окончательно подорвали репутацию генерала. Понтиак понимал, что на освобожденные от французов земли тут же хлынут британские поселенцы, и решил воспользоваться возможностью, чтобы объединить индейские племена. «Англичане, хоть вы и победили французов, нас вам не победить!» – провозгласил Понтиак. Обращаясь к своим людям, он заявил: «Увидев англичан, этих собак, одетых в красное, вы должны обратить томагавки против них. Сотрем их с лица земли! В июне 1763 года, спустя всего месяц после начала восстания, Амхерст был в отчаянии. Воины Понтиака уже захватили восемь британских фортов в долине реки Огайо и регионе Великих озер. Форт Питт на западе Пенсильвании оказался в осаде. Оттуда поступали тревожные сообщения: «В форте столько народу, что я опасаюсь болезни… У нас появилась оспа». Амхерсту не хватало людей и ресурсов, и он решил применить новаторское оружие, чтобы обратить волну восстания Понтиака в свою пользу.

Через месяц после первых залпов американской революции в Лексингтоне и Конкорде в апреле 1775 года новый главнокомандующий континентальной армии, Джордж Вашингтон, обратился к политикам Континентального конгресса. Он просил закупить как можно больше коры хинного дерева и хинина. Учитывая тяжелое финансовое положение молодого колониального правительства и стоимость ведения войны, ему выделили всего лишь 300 фунтов. Генерал Вашингтон и сам частенько наведывался к сундуку с хинином, поскольку страдал от приступов малярии (и повторного заражения ею). Впервые он заразился в 1749 году, когда ему было всего семнадцать лет.

К счастью для американцев, британцы во время войны тоже испытывали дефицит перуанского хинина, поставляемого Испанией. В 1778 году, незадолго до решения поддержать Америку, испанцы полностью прекратили поставки. Все имевшиеся запасы были отправлены британским войскам в Индию и на Карибы. Безжалостные нападения комаров на британских солдат, не обладавших иммунитетом, и отсутствие хинина во время последней британской военной кампании на юге (она началась в 1780 году с взятия Чарльстона – стратегического порта и настоящего комариного рая) определили судьбу Соединенных Штатов Америки.

Весной 1803 года президент Томас Джефферсон поручил Мериуэзеру Льюису и Уильяму Кларку возглавить корпус исследовательской экспедиции для изучения и составления карты недавно приобретенной территории Луизиана. Предполагалось, что для тридцати четырех опытных следопытов такая экскурсия станет делом легким – достаточно лишь запастись снаряжением, необходимым для выживания в экзотической и неизученной глуши американского Запада. Путешественники хорошо подготовились к выполнению задачи. Среди прочего они взяли с собой 3500 доз коры хинного дерева, полфунта опиума, более 600 ртутных таблеток, жидкую ртуть и пенильные шприцы. Но таблетки ртути и введение ее в уретру не могло излечить их от дизентерии, гонореи или сифилиса или отпугнуть медведя. Оставленные ими зараженные ртутью экскременты и капли ртути позволили современным исследователям тщательно проследить места стоянок следопытов и определить точный маршрут экспедиции. «Несмотря на дизентерию, болезни, передаваемые половым путем, укусы змей и периодические нападения медведей, – пишет Петриелло, – экспедиция вернулась относительно целой» после успешного почти двухлетнего путешествия.

Основной целью экспедиции Льюиса и Кларка было «обнаружение самого прямого и практического водного сообщения на континенте в целях развития торговли». Среди вторичных целей было налаживание торговых отношений с местными народами и изучение флоры и фауны для оценки экономического потенциала. Другими словами, нужно было разобраться, что за земли Джефферсон только что приобрел у Наполеона, отчаянно нуждавшегося в деньгах для ведения бесконечных войн в Европе.

В самом сердце молодых Соединенных Штатов зрел серьезный конфликт. Индейцы, жившие западнее линии королевского указа, проходившей по Аппалачам, отчаянно сопротивлялись американской экспансии и агрессивному вторжению враждебно настроенных поселенцев на свои земли. Губернатор индейской территории, Уильям Генри Гаррисон, в октябре 1811 года писал президенту Джеймсу Мэдисону о том, какую опасность представляет вождь племени шауни, Текумзе, и его коалиция, которую поддерживают британцы. «Абсолютное подчинение и глубокое уважение, с которым последователи Текумзе относятся к нему, поистине удивительны, и более чем все остальное убеждает меня в том, что он – один из тех редких гениев, которые изредка появляются для свершения революций и изменения существующего порядка вещей. Если бы не соседство Соединенных Штатов, он наверняка стал бы основателем империи, которая по величию могла бы соперничать с Мексикой или Перу [цивилизациями майя, ацтеков и инков]. Никакие трудности не страшат его… и куда бы он ни отправился, он везде производит впечатление, благоприятное для его целей. Сейчас он готовится нанести последний штрих в своей работе». Призыв к действиям мгновенно подхватили «ястребы» в Конгрессе. Конгресс потребовал объявить войну Британии, и президент Мэдисон в июне 1812 года утвердил это решение. Война должна была окончательно закрепить суверенитет США, провозглашенный в Парижском договоре 1783 года. Кроме того, американцы намеревались захватить транспортные пути в районе канадских Великих озер, чтобы стимулировать торговлю.

21 ноября 1864 года осунувшийся, несчастный президент Авраам Линкольн, ссутулившись, сидел за своим столом, незряче уставившись в чистый лист бумаги. Ему было всего пятьдесят четыре года, но три с половиной года Гражданской войны состарили его прежде времени. Лицо избороздили морщины, глаза впали от множества бессонных ночей, проведенных в мыслях о погибших. Хотя он стал свидетелем последних, шатких шагов голодающей Конфедерации, понимание того, что конец войны близок, не приносило утешения. Счет потерь достиг ужасающих высот. 15 апреля 1861 года, когда он мобилизовал свою армию для сохранения Союза, никто и представить этого не мог.

Врач из Кентукки, ведущий специалист по желтой лихорадке Люк Блэкберн, был слишком стар для призыва. Но, как истинный патриот Конфедерации, он хотел послужить делу Юга. Он придумал маниакальный план победы над Севером: нужно напустить на округ Колумбия библейскую чуму – желтую лихорадку – и убить Линкольна. Узнав об эпидемии черной рвоты на Бермудах, куда пробирались те конфедераты, которым удавалось прорвать блокаду, он в апреле 1864 года приплыл на остров. Прибыв на Бермуды, доктор Блэкберн наполнил несколько чемоданов грязной одеждой и постельным бельем тех, кто умер от желтой лихорадки. Чемоданы погрузили на пароход, который должен был распространить ужасный вирус, несущий смерть ничего не подозревающим жителям города. В августе, следуя инструкциям Блэкберна, Годфри Хайамс, который должен был получить за свою работу приличную сумму 60 000 долларов, продал чемоданы с «зараженной» одеждой и бельем в магазин подержанных товаров, расположенный в нескольких кварталах от Белого дома. Блэкберн говорил своему сообщнику, что «зараженная одежда убьет их с шестидесяти ярдов». Эта странная и шокирующая история использования биологического оружия развернулась неожиданным образом, подтвердив мнение Марка Твена о том, что «истина удивительнее любого вымысла».

В апреле 1865 года, когда генералы Ли и Грант спокойно обсуждали условия капитуляции в доме Уилмера Маклина, Блэкберн вернулся на Бермуды, собираясь отправить вторую порцию желтой лихорадки на Север тем же путем. На этот раз его груз в Нью-Йорк должен был доставить другой человек, Эдвард Сван. Но теперь Блэкберн подготовил новый сюрприз. Когда желтая лихорадка распространится и охватит повергнутое в ужас население города, он собирался выпустить другого демона – Блэкберн разрабатывал планы по отравлению воды, поступающей в Нью-Йорк. Хаос и смерть должны были победить этих чертовых янки.

В декабре 1941 года японцы атаковали Перл-Харбор. В результате этого более 16 миллионов американцев приняли на себя тяготы войны и были брошены в бой против стран Оси и смертельно опасных комаров. Печально известный день кинул Соединенные Штаты в омут тотальной войны и запустил сеть важнейших событий, которые изменили схему мирового устройства и движущие силы нового, сложного мирового порядка. Изменилось и место комаров в этом порядке. Комары оказались неразрывно связанными с историческими международными событиями. Судьба человечества решалась под пулями на залитых кровью полях сражений самой грандиозной войны в истории человечества. Для комаров это время тоже стало очень опасным и даже угрожающим самому их существованию.

В начале Второй мировой войны заболеваемость малярией в Соединенных Штатах была самой низкой в истории – по данным департамента по контролю за малярией в местах ведения боевых действий (после войны этот департамент превратился в Центры по контролю и предотвращению заболеваний). Война продолжалась, и ситуация менялась на глазах. Борьба с комарами, наравне с борьбой с реальным противником, имела важнейшее значение для победы на всех фронтах. Вторая мировая война стала водоразделом для развития науки, медицины, технологии и военной промышленности. А кроме того, она способствовала модернизации и развитию оружия и боеприпасов для борьбы с комарами. Во время войны и последующего «мира» холодной войны появились эффективные синтетические лекарства от малярии – атабрин и хлорокин, а также массовый и очень недорогой химикат ДДТ, уничтожающий комаров и переносимые ими болезни раз и навсегда. Впервые в истории люди получили преимущество в своей вечной войне с комарами.

В 2012 году экологи всего мира отмечали пятидесятилетие выхода эпохального манифеста Рэчел Карсон «Безмолвная весна». Злодеем в книге Карсон, конечно же, был «эликсир смерти», то есть ДДТ. «Немногие книги, опубликованные в США, оказали такое же влияние, как «Безмолвная весна», – пишет Джеймс Маквильямс в книге «Американские насекомые-вредители: проигранная война с насекомыми – от колониальных времен до ДДТ». – Атака Рэчел Карсон на ДДТ и другие инсектициды оказала на мир такое же влияние, как «Здравый смысл» Томаса Пейна и «Хижина дяди Тома» Гарриет Бичер-Стоу… Эта книга положила начало современному движению за защиту природы». Маквильямс полагает, что «Безмолвная весна», как «Здравый смысл» и «Хижина дяди Тома», воздействовала на эмоции, глубоко укоренившиеся в американской психике, на убеждения глубокие и искренние». После выхода «Безмолвной весны» Джуди Хансен, бывший президент Американской ассоциации по контролю за комарами, вспоминала: «Неожиданно стало модным быть сторонником защиты окружающей среды». Книга возглавляла список бестселлеров New York Times 31 неделю. В 1964 году, спустя всего полтора года после публикации, Карсон умерла от рака на пятьдесят шестой весне своей жизни, зная, что ей удалось героически изменить этот мир.

21 августа 1999 года в управлении по борьбе с инфекционными заболеваниями при департаменте здравоохранения Нью-Йорка раздался странный звонок. Звонила доктор Дебора Аснис, специалист по инфекционным заболеваниям из больницы Квинса. Доктор Аснис столкнулась с необычными симптомами, и ей нужна была срочная консультация ради спасения жизни. У четырех пациентов отмечались лихорадка, спутанность сознания, дезориентация, мышечная слабость, а затем начинался паралич конечностей. Состояние пациентов стремительно ухудшалось. Доктор Аснис пыталась узнать, какова может быть причина столь необычной и опасной болезни.

Первые анализы, проведенные 3 сентября, указывали на некоторую форму энцефалита или отека мозга. Энцефалит может быть вызван разными факторами – вирусами, бактериями, грибками, паразитами, а иногда гипонатриемией (нарушением водно-солевого или электролитного баланса в мозге). Образцы крови и тканей были быстро проанализированы на вирусы, способные вызывать воспаление мозга и сходные симптомы. Анализы оказались позитивными на переносимый комарами энцефалит Сент-Луиса. Эту болезнь от птиц людям передает обычный комар Culex.

В городе и окрестностях на следующий же день началось опрыскивание инсектицидами для уничтожения комаров и их личинок. Но в клиническом отношении что-то не складывалось. К этому времени в диалог вступил центр инфекционных болезней в Атланте. После быстрого анализа их базы данных ситуация и контекст обстановки стал еще более загадочным. С конца Второй мировой войны и создания центра в Атланте в 1946 году в Соединенных Штатах было отмечено лишь 5000 случаев энцефалита Сент-Луиса, при этом ни одного в Нью-Йорке. Центр не был уверен в том, что речь идет именно об этом заболевании. По-видимому, нужно искать другую причину.

Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru