Шел последний период мезозойской эры — меловой период, его позднее (верхнее) время. Страшно подумать, как это было давно. Мы с вами живем в среднем 70 — 75 лет, современному летоисчислению — около 2 тыс. лет; представьте себе тысячу тысяч лет, миллион... А ведь то, что я пытаюсь описать, происходило 65 млн. лет назад...

Итак, был период мела*. На Земле в результате дрейфа материков становилось прохладно. Климат делался все более сезонным. Постепенное похолодание, сопровождавшее сезонность, наступало на всем протяжении третичного периода, особенно в высоких широтах. Вымерли крупные животные: огромные рептилии, динозавры. Но жили птицы, и, как говорят палеонтологи, наступил расцвет млекопитающих. Уже отделились от общего ствола зверей летающие млекопитающие, обособились ветви однопроходных и сумчатых, хищных и грызунов, появились примитивные насекомоядные (в наши дни к насекомоядным относят ежа, землеройку, крота...).

В согласии с общей историей биологии и зоологии мы делим историю приматологии на три периода. Первый — от древних времен до первой трети XVII в. включительно: накопление первоначальных сведений oб обезьянах. Это период очень скудных знаний о приматах: полуобезьяны, как и широконосые обезьяны Нового Света, науке еще неизвестны. Существуют смутные слухи об антропоидах, но их фактически не отделяют даже в целом, группой от низших обезьян. Отрывочные описания приматов обнаруживаются у Аристотеля, Плиния Старшего, Галена, Геснера. Вот и все! А ведь в истории биологии подобный период завершился в XV в. В XVI уже появились научные труды, посвященные рыбам, птицам, насекомым.
Второй период — с 40-х гг. XVII в. до второй половины XIX в.: расширение знаний о приматах и разработка основ их классификации. Произведены учет и описание многих видов низших обезьян и полуобезьян. К середине XIX в. впервые грубо описаны четыре рода человекообразных: орангутан, гиббон, шимпанзе и, наконец, в 1847 г. горилла.

Уже упоминалось, что культ обезьяны продержался в Древнем Египте несколько тысяч лет. Плащеносный павиан, гамадрил (Papio hamadryas) посвящался то богу Солнца Ра, то богу Луны, мудрости и письма Тоту, а то и обоим одновременно. Гамадрил оставался священным во все времена. Он был грозным кумиром в до-династическом Египте (V — IV тыс. до н. э.), почитался в период Древнего царства (III тыс. до н. э.), в годы Среднего царства (XXI — XVII вв. до н. э.), в Новом царстве (XVI — XI вв. до н. э.) и в поздний период (X — VI вв. до н. э.). На каждый из этих периодов приходятся свои памятники материальной культуры, и среди них непременно изображения обезьян.
Известна алебастровая статуэтка Тота-гамадрила (V — IV тыс. до н. э.), хранившаяся в Берлинском музее. Сохранились другие фигурки павианов, рельефы, надгробные украшения, бытовые изделия. Павиан обожествлялся в первом религиозном центре Египта — Гелиополе, где посвящался богу Ра. Кладбище мумий гамадрила найдено в Фивах, оно относится ко времени Нового царства. Живые небожители, фараоны, обладавшие колоссальной властью, украшали себя павианьими хвостами. После смерти царя хвосты прикреплялись к его мумии, и перед богом бывший властелин тоже представал земным олицетворением могущественного гамадрила.

Римский медик Клавдий Гален, живший во II в. н. э. и сам изучавший анатомию обезьян, был последней звездой античной науки. После Галена к знаниям по обезьянам более чем за тысячу лет, собственно, ничего не добавилось.
Известно, что христианство зародилось как секта бедняков. В первые века оно и было религией рабов и обездоленных. Но уже во II в. секта разрослась в сильную церковную организацию, с которой в дальнейшем правители Римской империи вынуждены были заключить союз. Христианство стало официальной религией. Более того, оно превратилось в «мировую религию», которая оказала глубокое влияние на мышление, мораль, на жизнь огромных масс людей, особенно в Европе, где закладывались основы естествознания.

Уместно спросить: почему же другие многие животные, составляющие обширный пантеон египетских богов (несколько десятков), не подверглись столь свирепому гонению, как обезьяна, и в итоге не «пострадали» столь заметно, как приматы? Ответ на этот вопрос кроется, как ни парадоксально, в биологии обезьян, в их необыкновенном физическом сходстве с человеком, что повредило им не меньше, чем принадлежность к языческим богам.
В самом деле, если нужно наглядно представить дьявола, который ведь должен быть уродливо похож на человека, то даже и при непредвзятом отношении к делу нельзя не изобразить нечто сходное с обезьяной. В известной мере эту мысль выразил еще Клавдий Гален, который и называл обезьян «смешными копиями» человека: «...Если бы живописец или скульптор, изображая кисть человека, ошибся в своем изображении достойным осмеяния образом, его промах имел бы лишь тот результат, что он воспроизвел бы кисть обезьяны».

Мне уже приходилось писать о «парадоксах Галена». Великий медик древности (Клавдий Гален жил в 130 — 201 гг.) оставил загадки, которые едва ли будут разгаданы до конца. Подумайте: Гален — классик средневековой медицины, можно было пострадать только за «несоответствие Галену», некоторые ученые открыто говорили, что лучше ошибаться «вместе с Галеном», чем быть правым против него... И оказывается, знаменитый Клавдий Гален описал строение человека, исходя из анатомии обезьян и скрыл это! В 1543 г. Везалий установил, что Гален допустил почти 200 ошибок: он не знал о существовании у человека мышцы, противопоставляющей большой палец руки, неправильно описал саму кисть руки, а также сердце, легкие, печень, полую и непарную вены, крестцовую кость, слепую кишку... Эти ошибки — следствие того, что Гален перенес данные из опытов на низших обезьянах, которых многократно вскрывал (чаще других макака магота), на человека. Значит, он был твердо убежден, что обезьяны — копия людей?

Чарлз Дарвин писал 21 сентября 1871 г.: «Дорогой Гексли, будет еще продолжительная борьба и после того, как мы умрем и исчезнем». Как выяснилось, дар прозорливости не изменил великому ученому и на этот раз.
На границе XX в. началось, как известно, наступление на материализм «по всему фронту» (Ленин). Антидарвинизм в биологии не стал исключением. Он как бы «опомнился» после победоносного шествия идей Дарвина в XIX в. и вплоть до 30-х гг. XX в. агрессивно пытался взять реванш. Самая давняя и самая массовая форма идеализма — религия продолжала атаки на антропологию, приматологию...

В 1891 — 1893 гг. голландский антрополог Эжен Дюбуа открыл питекантропа (обезьяночеловека), существование которого предсказал Эрнст Геккель. Давление клерикалов на Дюбуа оказалось столь массированным, что позже он отказался от первоначального определения питекантропа как звена на пути к человеку. Без всяких оснований он впоследствии «признал», что найденные им костные остатки принадлежат гигантскому гиббону, обитавшему некогда на Яве.

Все животные на Земле прекрасны и неповторимы. Это большая удача, что нам выпало жить в окружении богатой, красивой живой природы, которая не прекращает своего развития многие миллионы лет.
И тем не менее среди животного мира Земли есть необычная группа, занимающая особое место. Это приматы — полуобезьяны, обезьяны и человек. Не случайно они так названы: «одни из первых», или «первейшие», или «князья». Они действительно первейшие, ибо силой обстоятельств дальше других продвинулись на длинном эволюционном пути.

Как их характеризовать купно, в целом? Какие черты у них являются общими? Прежде всего строение. Приматы — это животные, имеющие хватательные (как правило, пятипалые) конечности и развитую ключицу; кисть у них свободно сгибается и разгибается, первый палец руки может противопоставляться остальным (у многих видов), на пальцах — ногти (у некоторых когти или то и другое). Нет больше в мире живых существ с подобной анатомией! Читатель уже знает, что перечисленные особенности создают приматам не доступные остальным животным возможности образовывать горсть, замыкать ее большим пальцем, а также схватывать предметы.

В густых и высоких кронах влажных лесов Амазонки живут самые маленькие обезьяны на Земле — семейство игрункообразных, или каллитрицид. «Каллос» — по-гречески красивый. Нетрудно представить себе, сколь симпатичны на вид эти серые, красные, коричневые, белые, почти черные, золотистые, часто с пятнами разных цветов малыши, если даже в номенклатурной «суровой» латыни отразилась их привлекательность. Размеры их — от мыши до белки — 10 — 30 см, да хвост, не цепкий, но длиннее туловища. Среди обезьян это и самые примитивные приматы.
Маленькие птичьи ноготки-коготки (на большом пальце ноги настоящий ноготь — короткий, широкий, плоский) позволяют игрункам цепко лепиться к стволу и чувствовать себя в безопасности на самой большой высоте. Зубов у них столько же, сколько и у человека, — 32. Шерсть длинная, мягкая, торчащие пучки-метелки волос у ушей, бакенбарды, усы и даже «ошейники» белой, темной и рыжей окраски. Тамарины бывают увенчаны хохолками. Уши сравнительно большие, а глаза маленькие — удивительного для приматов голубого цвета.

Настолько разнообразные обезьяны оказались в этом семействе, что систематики до сих пор не установили единой классификации. Отсюда и разделение данных приматов не только на уровне родов, но и подсемейств (их пять). Так, в семействе капуцинообразных классифицированы собственно капуцины и саймири, каллицебусы, (тити) и ночные обезьяны (дурукули), питеции (саки), ревуны, паукообразные и шерстистые обезьяны. Живописнейшая группа обезьян! У многих цепкие хвосты. Мало что такой хвост может закрутиться вокруг ветки или ухватить орех, будто дополнительная рука, так он еще на конце оголен и снабжен кожаным гребешком — настоящий орган осязания. На пальцах и кистей и стоп плоские ногти, иногда заостренные. Обитают в Центральной и Южной Америке.
Род собственно капуцинов включает более 30 разнообразных форм, подвидов, которые можно свести к четырем видам. Не бывает описания этих обезьян без впечатляющего пояснения происхождения названия: темная шапочка волос на голове при хорошем воображении напоминает тиару монаха-францисканца. Отсюда — капуцин. А вот величина и форма этой шапочки (клинышком, прямоугольником, торчащая хохолком или двумя гребенками спускающаяся на лоб) в сочетании с окраской мягкой шерсти (бурой, коричневой, черной, белой на плечах, груди, лице) позволяют делить капуцинов на виды.

Необычная обезьяна небольшого размера (25 — 45 см, такой же длины пышный хвост, который способен схватывать только у молодых). О том, что это единственная ночная обезьяна, читатель уже знает. Почти безухая, откуда латинское название с отрицанием «а» — Aotus. В действительности ушки есть, но маленькие, погруженные в густую шерсть. Но глаза огромных размеров, составляют большую часть лицевого отдела, «заходят» на щеки короткой мордашки. А вот носовая перегородка — нонсенс среди капуцинообразных! — совсем неширокая. Еще особенность: горловой мешок и расширенная трахея — отсюда удивительная для такой малышки способность грозно лаять и пронзительно визжать; в зависимости от издаваемого вопля ночью ее можно принять и за кошку, и за собаку, и за ягуара.

Мы опять вынуждены пропустить очень интересных, странных по внешнему виду обезьян подсемейства питециевых, или саки, куда входят также роды хиропотов и уакари. Из-за причудливого экстерьера этих небольших приматов особенно часто награждали определениями из словаря нечистой силы: «чертовы саки», «бесы», «сатана». В наши дни большинство видов питеций, к сожалению, вымирает.
Подсемейство же современных ревунов составляет всего один род с 5 — 6 видами. Считается, что это первые американские обезьяны, которые описывались европейцами, — их упоминают в текстах XVI в. Причина такого первенства — необыкновенная даже среди обезьян вокализация. Разные авторы приписывают ревунам то устрашающий рев льва, то тявканье терьера, то «леденящий кровь» вой ягуара. Упоминается и пронзительное хрюканье свиньи... По-видимому, дело не в характере фантазии того или иного слушателя-автора, а в ситуации: в различной обстановке, на разных территориях (живут ревуны от Мексики до юга Бразилии, т. е. почти по всему пространству Центральной и Южной Америки) особи отдельных видов или популяций по многим, часто не понятным человеку причинам (соперничество, охрана территории, наказание старшими младших по рангу, наконец, традиции данной популяции) могут и лаять, и реветь, и хрюкать.

Паукообразные — так называется целое подсемейство, но по-настоящему паукообразен здесь только один из трех родов, род же шерстистых — грузные с виду обезьяны — имеет мало общего с пауком. А вот между этими двумя расположился в систематике еще один род, который, с одной стороны, паукообразен, а с другой — немножко шерстист. Само же подсемейство по анатомии тоже оказалось «между» капуциновыми и ревунами, сродни тем и другим.
Обезьяны рода собственно паукообразных, или, иначе, коаты, действительно похожи на пауков, только небывалых размеров. Это тоже крупные приматы (туловище достигает 65 см). Хвост же может в 1,5 раза быть длиннее туловища: цепкий, «работающий» не хуже руки (у коат нет большого пальца на передней конечности, но он хорошо развит и оттопыривается на ноге), с чувствительными узорами на нижней стороне концевого участка. В сочетании с худым тонким телом, с длинными конечностями (передние длиннее задних) такой хвост и вправду придает паучий облик обезьяне, особенно если она, как это часто бывает, ухватывается сразу за пять разных опор. К тому же и голова маленькая, с выпирающими челюстями, с широко расставленными ноздрями, с темным лицом и белыми или кремовыми кольцами вокруг глаз. Шерсть на теле грубая и редкая, как правило, темная, от черной до серой у разных видов (черная коата, длинношерстная, именуемая в латыни велзевулом, коата Жоффруа и буроголовая — всего четыре).

До чего же разнообразны по окраске многочисленные виды этого рода обезьян! Всего их более 20 видов, а подвидов — в 3 раза больше. В подтверждение сказанному приведу только видовые наименования мартышек; зеленая, голубая, краснохвостая, белоносая, красношерстная, краснобрюхая, черная мартышка Аллена (С. nigroviridis). Сверх того, свои отличительные цвета имеют мартышка диана с белой бородой и белыми же линиями на бедрах, усатая мартышка, мона, мартышка Брасса и другие.
Это самые мелкие узконосые приматы с длинными хвостами (туловище 30 — 50 см, а хвост может быть и более 1 м). Лицевой отдел округлой головы выступает умеренно. Передние конечности короче задних. Имеются пять пальцев с ногтями. Самцы крупнее самок. Волосяной покров густой. При яркой окраске шерсти у многих мартышек выступают светлые усы, бакенбарды, бороды, а иногда и темные шапочки, различные пятна на крестце, на лице, груди и шее. Кожа лица голубоватая, бурая, черная, светлая, фиолетовая.

Разнообразен и многочислен в видовом отношении род макаков. Вероятно, он самый распространенный и по числу животных, хотя и здесь ныне уже есть виды, которые исчезают. Род этих обезьян насчитывает около 20 видов. А если учитывать и подвиды, число форм макаков надо будет увеличить до 50. Все они, за исключением магота, как говорилось, обитают в Азии.

Знаменитая, наиболее часто встречающаяся в зоопарках, лабораториях и даже на старых базарах группа обезьян. Так называемый циномольгус, а правильнее яванский макак был неизменным спутником шарманщиков. Это он печально обходил с шапкой толпу, которая внимала трогательным историям, рассказывавшимся бродячими музыкантами, о разлуке, любви и неизбежной смерти. Он же доставал двумя изящными пальчиками из замусоленного каталога конвертик со «счастьем», с «судьбой» — ее тут же можно было узнать за пять копеек... Яванский же макак известен использованием камней (да, использованием) для охоты на крабов.

Минуя немногочисленный род мангобеев (пять видов длиннохвостых африканских обезьян), биологически стоящих как бы между макаками и павианами и имеющих черты тех и других и даже мартышек (размеры туловища приблизительно полметра), мы обратимся к группе обезьян, которых иногда относят к одному роду павианов, или собакоголовых. Не будем вдаваться в детали спора систематиков. По современным данным изучения крови, неврологических и генетических показателей, как нам кажется, нет достаточных оснований объединять подлинных павианов, мандриллов и гелад в один род. А вот группирование всех трех действительно родственных, но самостоятельных родов в одну трибу (более высокая таксономическая категория) можно поддержать. Все три рода — обитатели Африки. Все три — довольно крупные обезьяны.
Павианов издавна считают наиболее близко стоящими к человекообразным среди всех низших обезьян. По-английски их даже называют так же, как антропоидов, — эйп. Не без оснований: смышленые, большие и, как помнит читатель, с четко организованными стадными порядками.

Как сказано, второе подсемейство мартышкообразных отличается от первого в основном типом кормления. Это тонкотелые, или колобиновые, приматы (по названию африканских листоядных обезьян-колобусов), у которых желудок, не полностью разделенный на камеры, приспособлен перерабатывать (хотя и не совсем так, как у жвачных животных с их четырехкамерными желудками) огромное количество листьев, цветов, фруктов и травы. Кроме рода колобусов, сюда входят очень красочные и порой странные по внешнему виду обезьяны, живущие только в Азии: знаменитый род лангуров (одним из видов которого является священный хануман, или гульман), необычайно изящные и цветастые тонкотелы и ринопитеки, наконец, род удивительных среди приматов носатых обезьян, или носачей. Представьте, и эту весьма пеструю группу азиатских листоедов нередко объединяют неправомерно одним названием «лангуры» (длиннохвостые на языке хинди). Так удобно, вернее, соответствует традиции. В действительности же лангурами являются только виды первого рода из названных тонкотелых Азии.

Каких только легенд не сложили в Индии и окрестных странах об этой популярной в Азии обезьяне! Хануман, или гульман, представитель истинного рода лангуров, фигурирует в фольклоре народов Индостана, Шри-Ланки, Индокитая. По одной версии он похитил для людей плод манго из сада злого волшебника. Пойманный недобрым хозяином, хануман был предан огню, но спасся, хотя на костре обжег руки. По другой он достал плод для людей из огня. Так это было или иначе, во всяком случае передние конечности ханумана черны по локоть. Существует и такое поверье: если хануман поселился на крыше, дом обречен на несчастье. Не только убить эту священную обезьяну, — прогнать и то нельзя. Еще недавно люди, жилище которых посетил хануман, покидали свой дом.

Немало хлопот доставляют таксономистам гиббоны. Куда определить гиббонов? По-английски их называют малыми антропоидами, что, пожалуй, имеет какое-то оправдание. Им ведь свойственны «человекообразные», точнее, понгидные признаки: длинные руки, развитое запястье, отсутствие хвоста и защечных мешков, 18 грудинно-поясничных позвонков, особенности грудины и 13 ребер, устройство коренных зубов, близкая антропоидам кровь. Значит, они гоминоиды, т. е. входят в надсемейство человека?

Но куда девать такие признаки, как седалищные мозоли, типичное для низших обезьян строение слуховой косточки, количество (у большинства видов 44) и формы хромосом, очень сходные с кариотипом тонкотелых? Вот и причисляют их одни специалисты к церкопитекоидам, другие — к понгидам, третьи отделяют от тех и других, и все, кажется, согласны, что таксономически их можно размещать между низшими и высшими обезьянами. Последнее отнюдь не означает, будто они биологически являются переходной формой от первых к вторым.

Все самые «высокие» характеристики отряда приматов, подотряда человекосходных, секции узконосых, приведенные на предыдущих страницах, приложимы к этим гоминоидам. Накопилось множество признаков гораздо более тесного родства их с человеком, чем это общепринято. Читатель уже знает об эволюционных истоках родства и сходства гоминоидов, особенно африканских (горилла, шимпанзе), со своим самым развитым родственником — человеком. Знает и о научных и околонаучных страстях при их познании и классификации.
О деталях сходства гоминоидов нам предстоит поговорить в отдельной главе.
Для понгидов характерна большая округлая голова с умеренно выступающим лицевым отделом, крупный высокоразвитый мозг (объем 400 — 600 см3), маленькие глаза, богатая мимика, длинные руки с ногтями. У них отсутствуют защечные мешки и хвост, редко встречаются седалищные мозоли, много сходства с человеком в системе размножения, кроветворения, пищеварения, в работе анализаторов, или органов чувств. Они действительно крупные человекообразные, как их называют в странах английского языка (грэйт эйпс): рост гориллы достигает 2 м, а вес доходит до 300 кг. Ненамного меньше вес орангутана, обитающего ныне только на двух островах Азии: Калимантан и Суматра.

В 1980 г. в журнале «Сайенс» («Наука») появилась строгая научная публикация с таким названием: «Поразительное сходство (striking resemblance) окрашенных с высокой разрешающей способностью на полосы хромосом человека и шимпанзе». Авторы статьи — цитогенетики из университета Миннеаполиса (США) Дж. Юнис, Дж. Сойер и К. Данхэм завершили, кажется, один этап в изучении родства приматов — этап 70-х гг. — и начали новый, загадка второго, будем надеяться, откроется в нынешнем десятилетии. Применив новейшие методы окраски хромосом на разных стадиях деления клетки двух высших приматов, авторы наблюдали до 1200 полос на каждый кариотип (раньше можно было видеть максимум 300 — 500 полос) и убедились, что исчерченность хромосом — носителей наследственной информации — у человека и шимпанзе почти идентична.

Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru